Евреи и монгольское вторжение в Европу
В «Большой хронике» монаха Матвея Парижского в 1243 году есть сцена каннибальского пира: трое варваров убивают пленных, жарят и пожирают человеческую плоть. У двоих из них носы крючком, у третьего нос вздернут. Это старейшее сохранившееся на Западе изображение монголов.
После курултая 1235 года армия под командованием Батыя двинулись на Запад. Покорив большую часть руських земель, в 1241 году они вторглись в Польшу, Моравию и Венгрию.
В английских рукописях крючковатые носы часто служили визуальным маркером иудеев и демонов. Матвей Парижский никогда не видел монголов и знал о них из тревожных сообщений с континента, поэтому, изображая «татар», использовал привычные образы чужаков и врагов христианства.
Первые сведения о монгольских завоеваниях дошли до Европы в 1220-х годах. Поначалу они породили надежды: распространялись слухи, будто завоеватели приняли христианство, а правитель Чингисхан носит имя Давид и поможет христианам против «сарацинов». Но после вторжения монголов в христианские государства надежды сменились страхом. Возникли вопросы: кто эти «татары»? Не являются ли они «нечистыми народами», которых Александр Македонский заточил за Каспийскими горами? Не Гог и Магог ли это, возвещающие приближение конца света и Антихриста?
На этом фоне возникла и идея о связи монголов с иудеями - главным внутренним иноверческим сообществом христианской Европы. Матвей Парижский писал:
«Иудеи, прослышав о движении завоевателей, стали их с нетерпением ждать и их повелителя называли сыном Давида, то есть увидели в нем Мессию - своего избавителя».
Матвей предположил, что «татары» происходят от десяти потерянных колен Израилевых, и связал их с «нечистыми народами», заточёнными Александром Македонским. Таким образом, монгольское нашествие оказалось встроено им в апокалиптический сценарий Антихриста.
В дополнениях к хронике Матвей приводит письмо венгерского епископа, якобы написанное около 1239 года. Епископ утверждал, что получил сведения от двух пленных монголов. По его словам, те рассказали, что их письменность была «иудейской», а научили их некие бледные люди в длинных одеждах, которые много постились и никому не причиняли вреда. Епископ решил, что это фарисеи или саддукеи. На самом деле монголы использовали уйгурское письмо, происходившее от согдийского, а оно восходило к арамейской письменной традиции.
Под 1241 годом Матвей рассказывает более необычную историю - о еврейском заговоре в пользу монголов. Якобы иудеи Священной Римской империи, считая «татар» своими соплеменниками, решили встретить их с зерном, вином и оружием. Они спрятали мечи, кинжалы и доспехи в бочках, заявив властям, что собираются отравить монголов вином, поскольку те не станут пить его без соблюдения еврейских ритуалов.
Им разрешили отправиться навстречу завоевателям. Но на приграничном мосту евреи отказались платить пошлину, заявив, что идут спасать империю и весь христианский мир. Смотритель моста решил проверить бочки и пробил одну из них. Вина там не оказалось - внутри было оружие. Заговор якобы раскрыли: одних евреев заключили в тюрьму, других перебили их же оружием.
Иудеи, живущие в христианских королевствах, предстают тут как «пятая колонна», готовящая вторжение внешних завоевателей.
В ряде еврейских общин приход «татар» воспринимали как небесную кару против христиан-угнетателей. 1240 год по Григорианскому календарю был 5000 годом по еврейскому. Вокруг этой даты многие иудеи с нетерпением ждали прихода Мошиаха, давно обещанного пророками.
Перед лицом неизвестности и те, и другие ждали помощи от «татар». С обеих сторон были: христиане до вторжения уповали на то, что монголы помогут им в борьбе с мусульманами, а иудеи - что завоеватели их родня, потомки десяти колен, которые придут избавить их от угнетения христиан. Первые тоже видели в монголах иудейские племена, хотя для них такое родство указывало не на близость Мошиаха, а на приход Антихриста. Но и те, и другие вскорости убедились, что их надежды на чужаков с востока были безосновательны.
