«Принц среди евреев»
Императорскому принцу Японии Такахито Микасе — учёному, покровителю, пацифисту, владеющему ивритом.
Принцу Такахито Микаса сегодня, 2 декабря 2025 года, исполняется 115 лет. В возрасте 20 лет принц Микаса получил от своего старшего брата, императора Хирохито, разрешение на создание новой ветви императорской семьи, что фактически освободило его от формальных обязанностей при дворе. С тех пор принц Микаса погрузился в научные труды, связанные с ближневосточной цивилизацией, в ходе которых он стал частым гостем еврейских общинных мероприятий в Токио и, как сообщается, научился в совершенстве говорить на иврите.
Во время Второй мировой войны, служа младшим кавалерийским офицером в японской армии, принц Микаса был направлен в Китай, где, как писал Масао Мори в предисловии к юбилейному сборнику 1991 года, посвящённому принцу, он столкнулся с «рвением и преданностью христианских миссионеров с Запада, работавших в самых отдалённых районах Китая», а также с «суровой воинской дисциплиной, проявленной коммунистической армией Китая, и их пылкой страстью к делу революции». С тех пор принц Микаса чрезвычайно заинтересовался источником столь преданной страсти.
Интерес принца Микасы к религиозной жизни никогда не угасал. Его Императорское Высочество, как почетное обращение обычно используется к принцу Микасе, за последние полвека стал частым гостем еврейских мероприятий в Токио. В 1953 году известный американский реформистский раввин Арнольд Дж. Вулф вспоминает, как принц Микаса выступил с речью на приёме по случаю Хануки в Токийском центре часовни союзных войск, критикуя тех, кто верит в «суеверное убеждение многих японцев в зале о происхождении их народа от потерянных колен Израиля». Он выразил сожаление по поводу распространённых здесь теорий, — продолжает Вулф, — о том, что японцы и евреи имеют некое мистическое родство или духовную идентичность, очевидную только посвящённым. Реальные отношения двух народов, скорее контрапунктические, чем идентичные, он считал более глубокими». Принц Микаса продолжил и «заговорил о себе, что также неожиданно и откровенно для человека, от чьих слов зависят миллионы. Он сказал, что после того, как западные державы победили Японию, у него была обязанность вестернизироваться. Он продолжил изучать западную культуру. И, сказал он, за шесть лет своего обучения он открыл один главный факт:
Евреи – ключ к западной цивилизации. Истина, воплощённая в иудаизме, истина бытия, а не теории, – вот главный смысл истории. История привела его к еврею, сказал он, а иудаизм вернул его к себе. Ибо еврей – не только отец Запада, он – потомок Востока. Он – священный мост (традиционный и трогательный японский символ) между Востоком и Западом. Поняв иудаизм, принц вновь обрёл чувство собственного достоинства как члена своего народа; он снова гордился тем, что он японец».
По словам профессора Охаты, принц Микаса решил изучать иврит до конца жизни и сохранил особый интерес к библейским пророкам Израиля. Один из студентов, посетивших занятия по изучению иврита с принцем Микасой и Ури Эпштейном, израильским студентом, изучающим японскую музыку, описал эту сцену так:
«Мы сидели на традиционных японских соломенных циновках, покрывавших пол, пили зелёный японский чай и беседовали на иврите. Группа проявила удивительные способности и в течение двух часов обсуждала на иврите самые разные темы, представляющие интерес для образованных японцев, – от переводов Библии до самого большого в мире корабля, который японцы с гордостью построили недавно. Принц выразил своё мнение о напряжённой международной ситуации на безупречном иврите».
Однако принц Микаса никогда не вмешивался в политические дискуссии и настаивал на том, что его интерес к изучению иврита был исключительно академическим, и даже написал в своей автобиографии:
«Причина, по которой я изучал восточную археологию, заключалась в том, чтобы найти на руинах Ближнего и Среднего Востока происхождение человечества и цивилизации, очертания человека и государства, а также поразмыслить над тем, каким должен быть человек».
